Продумывая в процессе работы над книгой логику состава ее проблематики, я счел необходимым и логичным завершить его рассмотрением таких двух фундаментальных вопросов, как смысл истории и идея исторического прогресса. Они логически вытекают из всего предыдущего содержания данного произведения и составляют необходимое звено как завершающая часть книги, венчая ее содержание.

Тоталитарный режим действует разлагающе на души людей, навязывая им целый ряд болезненных уклонов и стереотипов, которые, как волны в ветреную погоду, распространяются в виде психической заразы и въедаются в ткань души. К ним, говорит И.А. Ильин, относятся: политическое доносительство (чаще всего заведомо ложное), лицемерие и ложь, утрата чувства собственного достоинства и утрированный патриотизм, мышление чужими мыслями, готовые трафареты в мыслях и поступках, льстивое раболепство, культ личности вождя и постоянный страх. Если для демократии нужны смелость мысли и продуктивность реального дела, то для деспотизма нужны страх, который пронизывал бы все от верха до низа, и полное послушание воле вождя. “Все люди равны в республиканских государствах, они равны и в деспотических государствах: в первом случае — потому, что они — всё, во втором — потому, что все они — ничто”. Герой пьесы А. Афиногенова “Страх”, поставленной в 1931 г., профессор Бородин говорит:

“80 процентов всех обследованных живут под вечным страхом окрика или потери социальной опоры. Молочница боится конфискации коровы, крестьянин — насильственной коллективизации, советский работник — непрерывных чисток, партийный работник боится обвинения в уклоне, научный работник — обвинения в идеализме, работник техники — обвинения во вредительстве. Мы живем в эпоху великого страха”.

Телесное и душа. Душа не есть нечто пребывающее в покое, скорее, наоборот, это — нечто постоянно беспокойное, деятельное. Можно даже сказать, что душа в каждое мгновение есть нечто само от себя отличающееся. Душа — это не что-то готовое до своего проявления, не какое-то, как говорил Г. Гегель, “за горой явлений укрывающееся существо, но такое, которое обладает подлинной действительностью только вследствие определенных форм своего необходимого самообнаружения”. Душа — не только (как полагала психология) некоторая “душа-вещь”, стоящая лишь во внешнем отношении к телу, но нечто внутреннее, связанное с телом, образующее с ним нечто единое-цельное — живой организм человека. Тело являет собой ту же жизнь, что и душа, и тем не менее их можно назвать различными. Душа без тела не была бы живой земной душой, также и наоборот. Когда душа покидает тело, то оно никнет. Тело человека само по себе не имеет самодостаточной силы жизни: оно “получает” ее животворящей силой души.

Но в то же время бесспорно, что душа находится в теле, она осуществляется в теле и тело есть предел ее осуществления. Без души вообще не существовало бы никакого организованного живого тела: когда организм лишается души, он оказывается не живым, а мертвым, он, разлагаясь, теряет свою живую организованность; следовательно, душа является животворящим началом. Наличие у нас души есть, таким образом, абсолютное условие нашего бытия, сам неотъемлемый принцип нашей жизни. Когда душа как бы светится лучами сознания и самосознания, наше тело держится в нужной форме, однако достаточно даже несколько-секунд-ной потери сознания, и человек падает в обморок. И в этом смысле знаменитый принцип Р. Декарта “Я мыслю, следовательно, существую” является совершенно неоспоримым. Можно, пожалуй, согласиться и с утверждением одного из экзистенциалистов, заявившего: “Меня тошнит — значит я существую”.

Начало Просвещения в немецкой философии теснейшим образом связано со знаменитым Христианом Вольфом (1679—1754), который систематизировал и популяризировал учение Г. Лейбница. Многие философы не только в Германии, но и в России, например М.В. Ломоносов, учились у X. Вольфа, который впервые в Германии разработал систему, охватившую основные области философской культуры. К этому времени было создано выдающееся произведение Адама Смита;

“Исследование о природе и причинах богатства народов”. Философия развивалась в интеллектуальной атмосфере прогрессирующей научной и художественной мысли. Существенную роль сыграли достижения естествознания и общественных наук. Стали развиваться физика и химия, продвинулось вперед изучение органической природы (работы и открытия Л. Гальвани, А. Вольта, Х.К. Эрстеда, Г. Дэви, М.В. Ломоносова, Дж. Пристли, А.Л. Лавуазье в области физики и химии; работы Ж.Б. Ламарка, А. Галлера, Р. Броуна и др. в области изучения органической природы). Открытия в области математики, позволившие понять процессы в их точном количественном выражении, учение Ж.Б. Ламарка, по сути предшественника Ч.Дарвина, об обусловленности развития организма окружающей средой, астрономические, геологические, эмбриологические теории, а также теории развития человеческого общества — все это со всей остротой и неизбежностью выдвигало на первый план идею развития как теорию и метод познания действительности.